После того как рынок нефти достиг своего исторического минимума, усилиями президента США Дональда Трампа основные энергодобывающие страны пришли к согласию. Сейчас же по инициативе Саудовской Аравии страны решили провести саммит ОПЕК+ в онлайн режиме.

О том, что происходит вокруг энергетического рынка, рассказал в интервью # профессор СПбГУ Станислав Ткаченко.

— Как известно, в последнее время рынок нефти лихорадит. Цена российской нефти падала ниже себестоимости. Что дальше нас ждет?

— Думаю, что в правительстве России сейчас растерянность сменяет панику. Такого вызова там еще не видели за весь постсоветский период. Поэтому никакого готового плана в Москве нет. Но его придется разработать в самое ближайшее время.

Напомню, что практически весь двадцатый век нефть почти ничего не стоила, наблюдался ее устойчивый переизбыток на рынке. А власть как в странах с рыночной экономикой, так и в «социалистическом лагере» интересовалась ею преимущественно в периоды потрясений, которых в прошлом веке было достаточно, включая две мировые войны.

В 1946 году баррель нефти стоил всего 17 центов. Послевоенное восстановление Западной Европы во многом произошло быстро потому, что оно базировалось на практически бесплатной и легкодоступной для потребителей нефти. В СССР нефть также рассматривалась как основополагающий элемент плановой экономики, ее цена никак не была связана с издержками на добычу, переработку и распределение.

В мире дорогой нефти мы живем недолго, примерно с середины 1970-х гг. Похоже, что этот период завершился, и напрасно ждать отката к временам, когда искусство госуправления состояло в том, чтобы умело перераспределять нефтяные сверхдоходы. Так что, нефтедобывающим государствам придется «возвращаться к истокам», развивать национальную промышленость, думать о ее конкурентоспособности.

Но нельзя забывать и о том, что на экспорт уходит менее половины добываемой в России нефти (около 5 млн баррелей в день в 2019 году), все остальное (5-6 млн баррелей в день) потребляется внутри страны. Поэтому нефтедобыча остается важной для национальной экономики отраслью, и влияние цен на мировом рынке на эту сферу российской экономики незначительное.

Правительство России много лет говорило о необходимости структурных реформ. Настало время к ним приступить на практике.

 — Можно ли ожидать стабилизации цен на нефть? Или и дальше будет продолжаться волатильность?

— Выскажу два предположения:

1) нынешний период аномально низких цен (ниже 20 долларов за бочку смеси Brent) заканчивается с учетом «пакетов помощи» в триллионы долларов, принятых в США и ЕС, реалистичной выглядит цена в 35-40 долларов за баррель;

2) период беспрецедентной волатильности цены нефти не завершен, и мы увидим еще немало драматичных скачков.

Как только станет понятно, что пик пандемии коронавируса пройден, амплитуда колебаний станет заметно меньше, а цена нефти – выше 40 долларов за баррель.

— Как все сегодняшние процессы будут влиять на общемировую экономическую систему?

— Я не согласен с мнением некоторых экспертов, считающих, что нынешний кризис окажет на общемировую экономику воздействие, сходное с тем, что происходило по итогам Первой и Второй мировых войн. Так, рыночная экономика никуда не денется, ей нет приемлемой альтернативы. Новых «социалистических экспериментов» не будет (СССР), как не будет и широкомасштабных интеграционных экспериментов (ЕС)

Но едва ли на планете найдется сегодня государство, которое существенным образом не пересмотрит свою национальную экономическую политику. Уже очевидно главное направление этого пересмотра: нейтрализация негативных последствий глобализации, которые наглядно проявились в последние месяцы. Причем каждое государство выберет свой собственный «набор недостатков», с которыми оно будет бороться.

Россия постарается отгородиться таможенными барьерами от лидеров мирового рынка и станет развивать национальную промышленность, прежде всего высокие технологии. Для этого потребуется расширить рынок, на котором российская продукция будет свободно реализовываться, поэтому второе направление изменений – ускорение процесса создания зоны свободной торговли вокруг Евразийского экономического союза (ЕАЭС), а в будущем и на основе Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Россия постарается стать реальным полюсом в многополярном мире, обосновывая эту заявку не столько ядерным оружием, сколько наличием мощной и развитой экономики.

Но это – позитивная политико-экономическая повестка, и в близкой перспективе она не актуальна. Сейчас главное – защитить страну и ее граждан от невиданного прежде сочетания глобальной пандемии (коронавирус COVID-19) и паники на нефтяном рынке. Ведущие государства планеты до настоящего момента демонстрировали свою неспособность сотрудничать в деле нейтрализации наиболее опасных последствий этих двух процессов. Но рано или поздно они будут вынуждены этим заняться.